Патентная палата начала рассматривать дело, которое может стоить Apple ₽295 млрд
Палата по патентным спорам начала рассмотрение требования Apple об аннулировании патента на телефон с экстренной связью. Итог спора может повлиять на исход судебного дела, в котором от американской компании требуют 295 млрд руб.
Фото: Yves Herman / Reuters
В пятницу, 15 декабря, коллегия Палаты по патентным спорам начала рассматривать дело российской «дочки» Apple — «Эппл Рус» — по патенту на мобильный телефон с экстренной связью (корреспондент РБК присутствовал на заседании). Apple требует признать патент недействительным, настаивая, что в нем нет «новизны» и что он повторяет международные патенты американской компании.
Речь идет о патенте на полезную модель (инновационное техническое решение), который в 2013 году получил предприниматель Арташес Икономов.
В начале заседания коллегия палаты заявила о невозможности осуществлять какие-либо юридически значимые действия в отношении полезной модели Икономова, поскольку в начале декабря она была арестована по определению Зюзинского районного суда города Москвы по иску некоего Гарегина Гевондяна. Представитель Apple заявил, что документ не запрещает рассматривать возражение компании, и заседание было продолжено. Но в итоге коллегия палаты отложила принятие решения по делу на более поздний срок.
Что известно про Арташеса Икономова
В середине 2020 года издание CNews со ссылкой на информацию с личной страницы Икономова на Facebook (принадлежит Meta Platforms, признанной экстремистской организацией и запрещенной в России), писало, что он родился в Армении и на тот момент проживал в Великобритании. По данным сервиса Rusprofile, полный тезка Арташеса Икономова являлся учредителем шести московских компаний с уставным фондом от 10 тыс. до 17 тыс. руб., все они сейчас ликвидированы. По словам адвоката Икономова, на момент заседания в палате по патентным спорам истец находился не в России. Какое гражданство есть у Икономова, он не уточнил. РБК направил вопросы Икономову.
Как Икономов и Apple судятся за патент
Apple и Арташес Икономов уже несколько лет судятся из-за указанного патента.
В марте 2019 года Икономов обратился в Пресненский районный суд Москвы с просьбой запретить Apple продавать iPhone с функцией «Экстренный вызов–SOS», считая, что ответчик нарушает его исключительные права, незаконно используя в них полезную модель по его патенту. Также истец требовал обязать американскую компанию изъять из оборота подобные мобильные устройства и уничтожить их. Но суд отказал Икономову. Дело дошло до рассмотрения Верховным судом, который тоже отказался удовлетворить требования предпринимателя.
Параллельно в том же 2019 году российская «дочка» Apple обратилась в Роспатент с возражением признать патент Икономова на полезную модель недействительным в России, ссылаясь на то, что полезная модель не соответствует условию «новизны», но ей отказали. В ноябре того же года «Эппл Рус» попыталась оспорить это решение в Суде по интеллектуальным правам, и обязать Роспатент повторно рассмотреть возражение, но суд отказал компании.
Икономов вновь обратился в Пресненский районный суд Москвы с требованием признать «Эппл Рус» нарушившей его исключительные права на полезную модель, а также взыскать с компании компенсацию в размере 295 млрд руб. В материалах дела указывалось, что, по мнению истца, в ввозимых в Россию смартфонах iPhone 5S, iPhone 7, iPhone 8, iPhone X, iPhone XR, iPhone SE, iPhone 11 и iPhone 12 с функцией «Экстренный вызов — SOS» без согласия истца используются все признаки его полезной модели. В середине 2022 года суд отказал Икономову, но он подал апелляцию на это решение. В конце 2022-го рассмотрение дела было приостановлено — суд назначил экспертизу. В октябре производство возобновилось, но уже в конце ноября суд назначил новую экспертизу и снова приостановил производство по делу.
Представители Apple в ходе разбирательства (корреспондент РБК на нем присутствовал) утверждали, что в телефонах используются собственные технологии, а не разработка Икономова. На заседании в конце ноября защита Apple просила отвод для судьи, заявив, что тот является заинтересованным лицом и назначил экспертизу в отсутствие предмета исковых требований (мобильных телефонов). Защита Apple настаивала, что те iPhone, которые оставались в суде первой инстанции, уже были уничтожены, а повторная экспертиза может проводиться только по тем же предметам. Для нового исследования была выбрана экспертная организация, предложенная представителями Икономова, а кандидаты со стороны Apple рассмотрены не были. Ознакомиться с этими аппаратами удалось только непосредственно перед судебным заседанием, и, как настаивает адвокат Apple, эти телефоны были в употреблении, предназначены не для российского рынка, то есть по сути являются контрафактом.
На что повлияет решение палаты
По словам Игоря Чувствинова, юрисконсульта практики интеллектуальной собственности юридической компании ЭБР, до 2014 года для регистрации полезных моделей не нужно было проводить экспертизу и доказывать уникальность разработки. «Такая система была ранее предусмотрена законом в отношении полезных моделей. Из-за этого для регистрации некоего технического результата было достаточно правильно составить заявку и приложить к ней необходимый перечень документов», — объяснил Чувствинов.
При этом он отметил, что, если патент на полезную модель Икономова будет признан недействительным, это станет основанием для отказа в удовлетворении его требований в суде. «Здесь стоит сказать, что суд первой инстанции уже отказал во взыскании компенсации, однако, если допустить такую ситуацию, что апелляция отменит решение суда первой инстанции до принятия решения Роспатентом, это повлечет в будущем пересмотр судебного решения и его последующую отмену», — указал Игорь Чувствинов.
Патентный поверенный, управляющий партнер компании «Зуйков и партнеры» Сергей Зуйков утверждает, что полезные модели всегда находились в «серой зоне», так как у них есть всего один фактический критерий охраноспособности — новизна: «До 2014 года экспертиза не проводилась, и разные заявители патентовали бутылки, сигареты и т.д. А потом кошмарили весь рынок при малейшем намеке на возможное нарушение их прав». Зуйков считает, что изменение этих правил не сможет стать аргументом в палате, поскольку для аннулирования патента необходимо доказательство новизны, то есть того, что до даты подачи заявки на патент такой мобильный телефон с экстренной связью производился и продавался.
При этом этот эксперт считает иск в 295 млрд руб. чрезмерным требованием и считает, что это может указывать на то, что Икономов может быть «патентным троллем», который не выпускает товар со своим техническим решением сам, но пытается получить некоторую сумму с реального производителя. «Непонятно, как обладатель патента обосновывает размер компенсации почти в 300 млрд руб. Обычный размер лицензионного платежа составляет 5–10% от стоимости товара, реализуемого с использованием прав на патент. При обороте в 85 млрд руб. (таков оборот «Эппл Рус» в России в 2022 году, по данным Rusprofile) за год лицензия могла бы составить например 8,5 млрд руб. С учетом исковой давности компенсация могла бы быть 25–30 млрд руб.», — заключил Зуйков.